Сентябрь, 2013
Политех или круг газированной воды и ледяные горки

Если вам, глядя на солнечный день, возможно осенний, полный ароматной желто-багряной  листвы, кружащейся в последнем танце  и  обреченно падающей  к ногам или в весенний день, полный молодого солнца и  новоиспеченных цветов на деревьях, захочется прогуляться по старому центру Харькова, отправляйтесь в «политех».

Политех или круг газированной воды и ледяные горки

Говоря другими официальными словами политехнический институт города Харькова.

Институт-парк, как я его называю, таит долгую и разнообразную историю, или даже так – много разных историй, прожитых на территории студенческой молодости.

Учебное заведение, которое было основано ещё в царской России в 1885-м году как технологический институт, вот уже больше века впитывает в себя разнообразные события, собирая в себе дух места.

Пожалуй, осень – самое благодатное время для маленького путешествия по студенческому городку, а воскресенье – самый подходящий день для этого. Именно, гуляя по безлюдным дорожкам, можно почувствовать все то, что хочет рассказать это место. Можно идти по главной аллее, но намного интересней свернуть вглубь, на кривые улочки с краснокирпичными домиками, найти багряный виноград, в котором путается солнце, поблуждать по закоулочкам под арками и на лесенках, поглазеть на громадные градирни, машинные установки, которые впечатляют.

Интересно подойти к местному небоскрёбу и полюбоваться городской салтовской панорамой, постоять на ветру, задрать голову вверх и посчитать этажи.

ПОЛИТЕХ. Поколение  №1.

История моей семьи и Харькова начинается в 1950 году, когда кадровый офицер со своей семьёй был переведен преподавать в этом городе. Полковник Константин Филимонов покинул город Кривой Рог, где преподавал в горнорудном институте, и вместе с женой и тремя детьми (двумя дочерями и сыном – моим дедушкой) переехал в Харьков. Так наша семья пустила здесь корни.

Харьковский политехнический институт, восстановленный в 1949 году, объединил в себе институт цементной промышленности, а также химико-технологический, электротехнический и машиностроительный ВУЗы.

 Этот новый большой и крупномасштабный организм требовал новых преподавателей, которых выписывали из ближайших городов.

Думаю, интересно и правильно рассказать о  созданном политехническом институте молодом  и энергичном, готовящим инженеров-специалистов, которые затем разъедутся по всей большой советской  стране  со знанием  инженерного, машиностроительного дела.

Со слов бабушки и дедушки мне удалось кое-что узнать о подробностях жизни 50-х, которые, кстати, нехотя и стесняясь, говорили, что и рассказывать то  не о чем, что  у них была самая обыкновенная жизнь без подробностей. И всё-таки я кое-что узнала.

На словах длинное название политехнический институт студенты в то время заменяли коротким «техноложка»,  а улица, которая вела к главному входу – технологической. После войны её переименовали в ул. Фрунзе.

Часть нынешних корпусов, которые  и по сей день стоят в студенческом комплексе, были отданы под жильё вновь прибывшим преподавателям и их семьям. Это был густонаселённый городок, включающий в себя не только учебные корпуса, но и жилые дома и флигели. В них  располагались коммунальные квартиры,  вмещавшие в себя большие семьи, состоящие из братьев и сестёр, их жен, мужей и детей, тётей и дядей, которые  занимали, при этом,  самые скромные метры жилого пространства.

Наша семья, состоявшая сначала из 7, а  со временем из 11 человек,  занимала одну из таких коммунальных квартир, вернее её часть, так как  во второй половине квартиры жила такая же семья. Квартира находилась в первом жилом корпусе (кирпичный трёхэтажный дом, расположенный  недалеко от центрального входа и  электрокорпуса).  На две семьи была предусмотрена одна кухня, в которой стояла керосинка для приготовления еды (позже газовая печь), одна ванная комната, в которой, разумеется, не было горячей воды и один туалет. Отопление в доме было печным, регулярно в определенные сроки жильцов снабжали либо дровами, либо углём, а, позже, паровым. Не смотря, на густонаселённую квартиру, в  ней оставалась парадная комната, в которой по выходным принимали гостей, сослуживцев прадеда. В  «парадной» комнате  в углу была построена печь, облицованная белыми изразцами, в центре комнаты стоял стол, предназначенный для вышеназванных гостей.

Мои дедушка и бабушка, а позже и моя мама, жили в маленькой комнатушке площадью в метров девять. Из мебели в комнате была кровать родителей, детская кроватка и секретер –  место  для занятий.

ПОЛИТЕХ. Поколение  №2.

Именно в политехническом институте в 59 году родилась моя мама, и здесь прошло её детство. Её воспоминания более красочные, чем у её родителей. Ей здорово нравилась тамошняя жизнь. И если дедушка с бабушкой ничего особенного не выделяют, то для мамы здесь было все особенным. Гулянья по крышам домиков, множество гостей, привносивших  уютную «взрослую» обстановку, громадная белая печь, статный диван и таинственный торшер.

Она  до сих пор  с ажиотажем рассказывает, как будучи маленькой девочкой пробиралась на студенческие посиделки её тёти, слушала их весёлые истории, почти ничего не понимала, но все равно весело улыбалась.

Помнит, как машина привозила песок, высыпая его огромной кучей возле дома и все дети, не упуская возможности, рылись в  ещё свежем и чистом песке, роя ходы и строя башни.

Помнит первомайские демонстрации с надувными шариками, флажками и цветными табличками. Весёлые толпы людей, смех  и песни. Сборы на «кругу», так называлась площадь электрокорпуса.

Политех или круг газированной воды и ледяные горки

Ежевечерние монотонные звуки прыжков на скакалке, которые исправно выполняла соседка, что бы оставаться в спортивной форме.

ПОЛИТЕХ. Поколение  №3.

Что помню я о «политехе»?

Мы жили рядом, и для меня это было близлежащее место прогулок. Всегда выходили гулять в сопровождении нашего спаниеля, который в «политех» шел рядом, а обратно, ускоряясь,  отрывался от нашей компании и послушно ждал возле подъезда дома. Пройдя улицу Ольминского, мы заходили с самого дальнего, по отношению к институту, входа. Пройдя ряд серых, как мне тогда казалось, скучных и бесконечных домов, мы выходили на круглую площадку,  с цветными досками объявлений (площадь возле электрокорпуса). Именно здесь, в свои пять лет, я встретила первую любовь. Это был мальчик, проезжавший мимо на велосипеде, я не знала кто это, как его зовут, но мне он понравился, и я  решила влюбиться в него. Кроме этого единственного раза я его, конечно же, больше никогда не видела. Но романтическая история здесь совсем  не по теме политехнического института.

Дальше мы прогуливались по каштановой аллее, по сторонам которой стояли и стоят красивые краснокирпичные корпуса с большими окнами, в которых виднелись непонятные мне,  сложные аппараты и  машины. На аллее также стояли  два автомата с питьевой газированной водой,  с красноречивыми синими буквами «ВОДА».

В младше школьном возрасте, когда мы  уже были независимой Украиной, и валютой  страны стала гривна, мы бегали к оставшимся от былой роскоши автоматам и набирали воду по советским, завалявшимся  двадцати пяти копеечным монетам. Пить уже не хотелась, но мы снова и снова набирали красивую пенящуюся воду, пахнувшую сладким сиропом. Рассказываю об  этом почти криминальном факте, так как десять лет давно прошло и дело  не имеет юридической силы.

Так вот, в конце аллеи мы выходили к памятнику Ленина, клумбам и большой просторной и светлой площадке,  на которой можно было бегать во все стороны или прыгать с плитки на плитку, стараясь не попадать на шов. На этом маршрут не заканчивался.

В зимнее время в ХПИ стоило ходить  с санками, так как именно там находился центр катания и ледяные горки для жителей всех близ лежавших домов. Гулянья происходили на месте нынешнего корпуса библиотеки, (стеклянного кубика с резными кирпичными входами), которое в свое время, а именно во время учебы на первом курсе архитектурного ВУЗа, казалось мне достижением современной архитектуры. Раньше там были горки на любой вкус. Справа ледяная, для старших детей, которые пришли туда  без родителей, куда меня, конечно же, не пускали. Слева снежные – для детей с санками. Скатившись с горы, был риск въехать  лбом в дерево, что иногда и случалась, или остановиться прямо возле обрыва и лестницы, ведущей вниз  к улице Шевченко. В общем, это были самые весёлые зимние дни.

В летнее время это место пустовало, никаких «народно-детских» гуляний там не было. В эти дни мы приходили туда с моей бабушкой на небольшой интеллектуальный  пикничок. Интеллектуальный потому, что   вместо еды у бабушки всегда была книга (кушать на улице  считалось дурным тоном).  Мы брали с собой подстилку, какую-нибудь мою куклу и садились на солнце. Лично мне запомнилась книга «Унесённые ветром». Из неё   бабушка, на своё усмотрение, вычитала интересные для меня сцены. А именно, балы, описание потрясающих нарядов, которые главная героиня могла пошить из шторы, и ещё оставалось на шляпку.

Затем, «политех» помниться мне в школьные годы.  Это было место для «подумать» по дороге домой. Я всегда любила русскую литературу и очень серьёзно относилась к написанию сочинений. В классе нас была целая группа сочинителей-активистов, которым необходимо было написать что-нибудь такое, что б переплюнуть остальных, что бы потом твоё лучшее сочинение прочитали перед всем классом. Дорога домой через политехнический институт, была лучшим местом для созревания мыслей  и построения всего сочинения.

В одиннадцатом классе, я даже помышляла поступить в этот институт, потому что кто-то нам радостно сообщил, что там есть специальность модельера. Мы с бабушкой ходили узнавать. Стояли и среди тяжелого машиностроения и энергетики выискивали факультет кроя одежды. Там его  не оказалось, надежды рухнули.

Сейчас, с нашим переездом из старого центра, я там бываю редко, но всё равно слово «осенний день» ассоциируется у меня, прежде всего, с «политехом», с его уютными дорожками и красными домиками.

С уважением, Оля Гребенник — автор «Жизнь в Харькове«